переводы
Как Майкл Бейрут из Pentagram выбирает шрифт
20 декабря, 2017
Мы любим тексты без ошибок. Если вы все же их обнаружили, выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter.

Майкл Бейрут — всемирно известный графический дизайнер, критик, педагог, партнер в международной дизайн-студии Pentagram. Автор книги «79 коротких рассказов о дизайне» и «Now You See It и Другие рассказы о дизайне», которая вышла осенью 2017 года. Телеграф публикует перевод адаптированного отрывка из его последней книги, где Бейрут рассказывает о своем подходе к выбору шрифтов.

Статья адаптирована из отрывка книги Майкла Бейрута «Now You See It и Другие рассказы о дизайне», которую можно купить онлайн с 8-го ноября.

Источник изображения: Princeton Architectural Press

Будучи «типографически беспорядочным» в прошлом, сейчас Майкл Бейрут обладает простым методом выбора шрифтов, подробно описанным в этом эксклюзивном отрывке из его следующей книги «Now You See it и Другие рассказы о дизайне».


Первые 10 лет карьеры я работал у Массимо Виньелли, дизайнера, который славится использованием очень ограниченного количества шрифтов. Между 1980 и 1990 годами большинство моих проектов были реализованы в пяти шрифтах: Helvetica (естественно), Futura, Garamond # 3, Century Expanded и, конечно же, Bodoni.

Для Массимо это был идеологический выбор, этический императив. Однажды он написал: «В новый компьютерный век распространение шрифтов и манипуляции с ними представляют новый уровень визуального загрязнения, угрожающий нашей культуре. Выберете из тысячи шрифтов несколько нужных базовых и выбросьте остальные». Для меня это стало инструментом экономии времени. Зачем тратить часы на выбор между Bembo, Sabon и Garamond № 3 каждый раз, когда вам нужен Venetian Roman? Для большинства людей, например, для моей мамы, — это разница без различий. Почему бы просто не привязаться к Garamond № 3, чтобы никогда больше об этом не думать? Мое католическое школьное образование, должно быть, стало благодатной почвой для нравственной четкости. За это я ему благодарен.

Спустя десять лет я оставил свою первую работу. Внезапно у меня появилась возможность использовать любой понравившийся шрифт. И меня понесло. В одном из первых проектов я использовал 37 разных шрифтов на 16 страницах. Моя жена, которая сама посещала католическую школу, сказала, что ей это слишком знакомо. Она вспомнила одноклассников, которые после 8 лет монашеского обучения перешли в государственную школу. Наконец-то освободившись от скромной клетчатой формы, они носили самые короткие юбки, которые могли отыскать. «Господи», — сказала она, глядя на гонки на выживания среди многочисленных шрифтов. «Ты превратился в настоящую шлюшку, не так ли?»

Это правда. Наконец-то свободный от моногамии, я стал типографически беспорядочным. Мне кажется, с тех пор я научился модулировать свое поведение. Как любой человек, злоупотребляющий алкоголем, я понял, что запой — это трудоемко, дорого и в конечном счете непродуктивно. Но я так никогда и не вернулся к трезвости с пятью шрифтами. Эти тысячи шрифтов все там же, но реабилитация сделала меня более выборочным и заставила ответить на, казалось бы, простой вопрос: почему мы выбираем конкретный шрифт? Ниже перечислены 13 причин.

1. Потому, что он работает

Некоторые шрифты просто идеально подходят для конкретных вещей. Я определил экзотические шрифты для проектов с айдентикой, которые прекрасно работают в заголовках и даже в тексте. Но рано или поздно вам придется установить этот крошечный шрифт в нижней части карточки для делового ответа. Вот для чего создан Franklin Gothic. Но будьте аккуратны: некоторые шрифты работают слишком хорошо. Frutiger так часто использовался для вывесок в больницах и аэропортах,  что теперь наводит на мысль о предстоящей диагностике опухоли головного мозга или о пропущенном рейсе до О’Хара в 19:00.

2. Потому, что вам нравится его история

Я слышал о нескольких проектах, где дизайнер нашел шрифт, который был создан в том же году, когда была основана организация клиента. Это должно создать ауру предначертанности судьбы, перед которой, естественно, невозможно устоять. Мне пока так не везло, но я до сих пор пытаюсь найти такое же гармоничное совпадение. Например, я никогда не был поклонником шрифта Eurostile от Альдо Новарезе. Но я полюбил его, работая над монографией об Ээро Сааринену: они оба разделяют экспрессивность, свойственную послевоенному оптимизму 1950-х годов.

3. Потому, что вам нравится название

Однажды я увидел проект в студенческом портфолио, в котором была предпринята сомнительная попытка редизайна айдентики для Tiffany & Co. Особенно мне не понравился используемый шрифт. Я вежливо спросил, что это. Последовал восторженный ответ: «О, это самое интересное! Шрифт называется Tiffany!»

С другой стороны, Брюс Мау разработал дизайн Spectacle, — совместной с Дэвидом Роквеллом книги — используя шрифт Rockwell. Думаю, это было забавно.

4. Из-за того, кто разработал шрифт

Однажды я работал над проектом, в котором в группу клиента входили очень сильные архитекторы. Я выбрал Cheltenham, необычный шрифт, который не только хорошо соответствовал требованиям проекта, но и был одним из немногих шрифтов, созданных архитектором Бертрамом Гудхью. Позже я разработал программу публикаций для девушек. Я использовал шрифт, разработанный одной женщиной и названный в честь другой — Mrs. Eaves от Зузаны Личко. В обоих случаях клиенты знали, что публика совершенного без понятия об истории выбора шрифта, но, тем не менее, немного успокоились. Я тоже.

5. Потому, что шрифт уже существовал в системе

Бывает, что шрифт уже живет в домике, когда вдруг появляетесь вы. Иногда решение о его выселении может выглядеть подло. «Мы используем Baskerville и Univers 65 во всех наших материалах, но можете свободно предложить альтернативные решения». Серьезно? Зачем об этом вообще беспокоиться? Это как в одном из тех шоу, где повару-аматору дают репу, пачку муки, ногу ягненка и какой-то кленовый сироп, и просят что-то из этого состряпать. Иногда вам могут попадаться шрифты, которые вы никогда не использовали ранее. Это делает процесс более увлекательным.

6. Потому, что вас заставили

Но иногда вы не используете определенный шрифт по уважительной причине. «Мы используем ITC Eras во всех наших материалах». — «Могу ли я предложить альтернативное решение?» — «Нет». В этом случае очень пригодится слепое штампование.

7. Потому, что шрифт вам что-то напомнил

Когда мне хочется, чтобы слова выглядели просто, умно и располагали к общению, я часто рассматриваю вариант Futura, в верхнем и нижнем регистре. Почему? Не потому, что Пауль Реннер был простым, разговорчивым и умным, хотя может, и был. Нет, все потому, что более 50 лет назад Хельмут Кроун решил использовать Futura в рекламе Дойла Дана Бернбаха для Volkswagen. И компания использовала этот шрифт до 2015 года. Одно предупреждение: если шрифт напоминает вам что-то, он может напоминать другому человеку что-то иное.

8. Потому, что красиво

Шрифт Сайруса Хайсмита Novia теперь доступен в продаже. Изначально он разработал его для заголовков на сайте Martha Stewart Weddings. Сопротивляться ему бесполезно. По крайней мере, мне.

9. Потому, что некрасиво

Несколько лет назад меня попросили сделать редизайн логотипа для New York Magazine. Милтон Глейзер построил оригинальный логотип на шрифте Bookman Swash Italic, который мне показался невообразимо устаревшим и уродливым. Но логотипом Глейзера заменили более ранний лого Питера Палаццо, основанный на Caslon Italic. Я предложил вернуться к Caslon и отчетливо запомнил свою фразу: «Bookman Swash Italic всегда будет выглядеть уродливым». На днях кое-что действительно привлекло мое внимание. Это был сет в Bookman Swash Italic, и он выглядел великолепно. Уродливо, но великолепно.

10. Потому, что шрифт скучный

Тибор Кальман был очарован скучными шрифтами. «Нет, этот слишком умный, этот слишком интересный», — повторял он, когда я предлагал шрифты для его монографии. По его мнению, все, кроме скучного шрифта, мешало его идеям. Мы остановились на Trade Gothic.

11. Потому, что шрифт особенный

В дизайне, как и в моде, ничто не сравнится с индивидуальным пошивом. Джонатан Хёфлер и Тобиас Фрер-Джонс, Джо Финоккиаро, Мэтью Картер и Честер Дженкинс делали мне шрифты на заказ. Потакание прихотям в высшей степени, но оно того стоит. Такой подход все усложняет? Ну и ладно.

12. Потому, что вы веруете в него

Иногда я думаю, что Массимо Виньелли, возможно, использовал слишком много шрифтов, а не слишком мало. Истинный фундаменталист требует монотеистического мировоззрения: один мир — один шрифт. Дизайнеры Experimental Jetset сделали из Helvetica целый культ. В жизни моего партнера Эбботта Миллера был период, который он называет «годы Scala». Тогда он использовал исключительно этот шрифт. Возможно, когда-то и я смогу поклясться в верности какому-то шрифту.

13. Потому, что вы не можете не выбрать этот шрифт

Когда я опубликовал свою первую книгу рассказов, то хотел, чтобы ее было приятно читать. В ней не было картинок, поэтому я попросил Эббота ее задизайнить. Он подал идею, чтобы каждый из нас предложил 79 разных шрифтов. Мне она понравилась, но я не знал, как далеко он готов зайти в этом вопросе. «Как насчет шрифта с названием «Я ненавижу ITC Garamond?», — спросил я его. «Мы бы поставили его в ITC Garamond?» Он посмотрел на меня, как на сумасшедшего. «Конечно», — сказал он. Книга, кстати, прекрасна, и ничуть не шлюховата.

Эта статья была адаптирована из книги «Now You See It и Другие рассказы о дизайне» с разрешения Майкла Бейрута (Princeton Architectural Press, 2017). Книга находится в продаже с 8 ноября. Майкл Бейрут — партнер в нью-йоркском офисе Pentagram Design.

Оригинал статьи по ссылке.

Перевод — Катя Павлевич

У нас есть еще кое-что для вас

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: