// //
интервью

«У,Н,А коллектив»:
кто и зачем собрал украинские товарные знаки в один проект

2 ноября, 2017
avatar
Катя Павлевич
Редактор в Telegraf.design
Мы любим тексты без ошибок. Если вы все же их обнаружили, выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter.

Графические дизайнеры Ульяна Быченкова, Ника Кудинова и Алена Соломадина создали объединение «У,Н,А коллектив». Их цель — развитие исследовательских проектов в сфере графического дизайна и смежных областях. Первый из них — выставка товарных знаков Харьковской торгово-промышленной палаты 60–80-х годов. Мы пообщались с Ульяной и Никой об истории украинской промышленной графики и целях подобных мероприятий.

«У,Н,А коллектив»

Почему решили организовать выставку?

Н: И наше объединение, и этот проект возникли естественным образом из тех разговоров о графическом дизайне, которые мы постоянно ведем между собой.

В какой-то момент мы решили посвятить актуализации харьковских товарных знаков 60-80-х отдельную выставку. Нам кажется, что этот материал интересен, полезен и незаслуженно мало известен. С частью работ мы были знакомы со времен учебы в Харьковской государственной академии дизайна и искусств (бывший Художественно-промышленный институт). Но здесь постарались собрать больше информации и показать ее в новом свете.

Работы харьковских промграфиков 1960-80 гг.

У:  Нам было любопытно для начала разобраться с мифом собственного профессионального происхождения. Харьковская школа дизайна — что это такое? Существует ли она? И была ли вообще?

Также нам важна речь практика. На выставке рядом с оригиналами работ представлены цитаты из книги Владимира Победина, где он рассказывает, как им принимались те или иные композиционные решения. Нам это кажется ценным, поскольку речь дизайнера вообще депривированна. В капиталистической системе — рынком, коммерческим заказом.

А в тоталитарной?

У: непонятно, когда было хуже. Судя по качеству знаков тогда и теперь, можно вообразить, что при социализме был художественный совет, о котором рассказывают очевидцы и который боролся за качество этих знаков.

С другой стороны, дизайнер — не художник, чтобы иметь право на художественное мнение. С третьей, кажется, что на какие-то гипотезы мы тоже не можем претендовать и такими проектами, как этот, должны заниматься дизайн-искусствоведы. Но где они?

И тут вспоминается фигура Владимира Кричевского — дизайнера, который совмещает практику и аналитику, визуальное исследование, письмо о дизайне.

Где вы брали экспонаты?

У: оригиналы работ Владмира Победина представлены личным архивом его дочери, Марины Побединой. Остальные материалы мы собирали по крупицам в Академии дизайна и искусств, в Интернете, у очевидцев и в библиотеках.

Примерно с начала этого года мы занимались расследованием, куда все пропало. Потому что архивы Украинской торгово-промышленной палаты и ее Харьковского отделения, где создавались эти знаки, утеряны. Остались только личные архивы и экспонаты Харьковского музея.

Второй учебно-лабораторный корпус Харьковского художественно-промышленного института (сейчас ХГАДИ) построен во времена ректорства М.О Шапошникова в 1965-67 гг.

Можете охарактеризовать Харьковскую школу промышленной графики? Существует ли она?

У: это как раз представляет для нас главный интерес и критическую постановку вопроса, который остается открытым: существует ли она? В интервью, которые представлены на выставке, сотрудники Харьковской торгово-промышленной палаты и преподаватели Академии искусства и дизайна, высказали разные мнения на этот счет. Одни считают, что в Харькове действительно сильная традиция еще со времен конструктивизма. И что она передавалась с «молоком» педагогов. Некоторые говорят, что то время было скудным на информацию: 1,5 валютных журнала из ГДР и Польши. Почерпнуть знания было негде. Соответственно, графика того времени была более декоративной и слабой.

В кабинете ректора М.А. Шапошникова. 1960-е

А какие ваши выводы?

Н: нам сложно сделать выводы, потому что мы сами воспитанники этой школы. Возможно, она в нас присутствует в какой-то степени, но оценить это сложно. Наш интерес к теме обоснован тем, что с опытом практической работы возникает вопрос о преемственности между поколениями в дизайне, о том, на что ты можешь опереться. Даже в целях деконструкции: от чего ты можешь оттолкнуться? Если взглянуть на зарубежные примеры, у тех же швейцарцев, голландцев есть классики, которых знают все, и мы в том числе. Современные дизайнеры являются их наследниками, оспаривают их, продолжают традиции, нарушают созданные рамки. Конечно, дизайн глобален и не имеет границ. Но нам стало интересно, где наша база и есть ли то, от чего мы можем отталкиваться.

Кого вы можете назвать украинскими классиками?

Н: признанными классиками сейчас являются, наверное, только авангардисты. Такие, как Ермилов, Косарев. Их имена уже вошли в историю. Мы хотели как-то пополнить этот список. Мне кажется, что Владимир Победин, который стал главным героем нашей выставки, довольно заметная фигура в графическом дизайне. Он долго жил, много работал, преподавал, написал книжку. По его наследию мы видим, что он был продуктивным и талантливым дизайнером, создал массу выразительных качественных знаков в своем особом стиле. Его вклад в отечественный дизайн в итоге весьма значительный.

Владимир Победин. Волгодонский опытный экспериментальный завод

Насколько помог или убил графический промышленный дизайн тоталитарный режим, в котором он развивался?

У: индустриальный заказ, конечно, способствовал развитию промышленного дизайна и графики. Это интересный миф, о котором можно судить только со слов очевидцев, — о неком волшебном заказчике «государстве» при социализме. Но по словам очевидцев, начальниками отделений Торгово-промышленной палаты были партийные функционеры. Из-за них страдали многие дизайнерские решения.

Н: тут двоякая ситуация. С одной стороны существовала система с художественными советами, где художественные качества работ ценились и отстаивались. С другой стороны, все было идеологизированно. Эта изоляция и отсутствие связи с внешнем миром усложняла работу дизайнеров.

Владимир Победин. Днепропетровский лесхоззаг, 1989

Можете выделить какие-то черты украинского дизайна на фоне глобального?

Н: что касается черт украинского дизайна, то его сложно выделить из советского. Подобные условия существовали во всех республиках, и знаки делались похожие. Это заметно при сравнении. Но были и локальные проявления. Допустим, одни знаки более декоративны, другие более брутальны, лаконичны. Часто это зависело от образования конкретного дизайнера. Например, Евгений Надеждин учился во Львове и был керамистом, что сказалось на его знаках. Об этом можно судить по их особой пластике.

Евгений Надеждин. Фирма «Взуття», Харьков

У: Моисей Фрадкин из старшего поколения графиков. Язык его знаков декоративный, гравюрный. Не такой монолитный и брутальный, как у Победина.

Н: ближе в эклисбрисам, чем к логотипам.

У: а вот ученики Победина, Лесняк, Векленко, Бляхер, застали на излете Советскую торгово-промышленную палату в конце 80-х. Их знаки тоже отличаются.

Владимир Лесняк. Агрегатный завод

Александр Бляхер. Кафе «Рубин»

Олег Векленко. Триеннале изобразительного искусства

А что это за знак для гостиницы в Японии. Советские графики делали что-то на заказ за границу?

Н: это скорей исключение. Для нас самих это интрига с тех пор, как мы узнали, что знак был сделан для Японии.

Владимир Победин. Гостиница «Чёрный кот», Япония

У: Этот черный кот — белое пятно нашего детективного исследования. Харьковское отделение торгово-промышленной палаты было очень активно. В каталоге можно сравнить, сколько, по сравнению с другими городами, Харьков представлял знаков на всесоюзных выставках. В городе исполняли заказы не только для Украины, он работал на весь Союз. Но вот за границу — это исключение.

Какие еще интересные истории случались за время исследования?

Н:  Забавно было звонить в торговые палаты Харькова и Киева, пытаясь разыскать архивы товарных знаков советских времен. Все слушали с недоумением и не могли помочь. Знаки пропали буквально без следа. В советские годы считалось, что их художественная ценность невелика по сравнению с живописью и графикой. А в постсоветские они были утеряны из-за крушения всей системы.

Вы во время исследования уделяли отдельное внимание шрифтам, типографике?

Н: отдельно типографику не рассматривали. В то время создавалось мало «словесных знаков», как они тогда назывались. Мы нашли свидетельство о том, что с 1962 г. и до середины 80-х годов Харьковское отделение торгово-промышленной палаты практически не получало заказы на словесные знаки.

Почему этот знак выбрали центральным в экспозиции? Никогда бы не подумала, что это знак Полтавского протезного завода.

Фото с выставки ЗНАК | Українські товарні знаки 1960-80.

У: он нам изначально нравился, формально завораживал, затягивал в зазеркалье. Ещё на первой рабочей встрече мы решили, что он должен быть в монументальном масштабе и на встречающей стене.

Н: получился портал, открывающийся прямо со входа в экспозицию. По поводу целевого назначения, то иногда диву даешься, для чего все эти знаки были сделаны. Для какого-нибудь 8-го цеха чего-нибудь.

Евгений Сверчков. Электроремонтное предприятие «КРЭЛП», Кривой Рог, 1986

При этом, они действительно хороши с точки зрения своих графических качеств, выразительности, точности найденной формы, заложенной внутри движения. Многие фабрики и комбинаты, для которых эти знаки были сделаны, давно перестали существовать. Поэтому и знаки пропали из окружающей среды. Не подверглись никакому редизайну, как это могло произойти где-то на западе. Не продолжили свою жизнь. Поэтому мы пытаемся дать им вторую жизнь здесь.

Фото с выставки ЗНАК | Українські товарні знаки 1960-80.

Любимые работы есть?

Н: японский кот — наш однозначный фаворит. Но у каждой есть еще свой шорт-лист.

Какие элементы должны современные дизайнеры перенимать у классиков? Есть ли смысл возвращаться back to school? Или лучше развивать что-то совершенно новое?

У: мне кажется, у модернистской графики большой потенциал выразительности, которого хватит и на сегодня.

Н: да, мне кажется, мы нашли ответ на один из главных вопросов проекта: «Как использовать опыт предшественников сегодня?». Думаю, нам есть, чему поучиться у них. Во время учебы в институте я не видела в этих знаках такого интереса, как сейчас. Только сталкиваясь в повседневной работе с такими же задачами, которые решали дизайнеры того времени, восхищаешься оригинальностью, изобретательностью и их визуальными находками. Модернизм универсален. И сменив угол зрения, его легко превратить в пост-модернизм, сохранив при этом графическое качество.

Владимир Победин. Харьковский НИИ «Молния»

Планируете в Харьков везти выставку?

У: нам хотелось бы. Возможно там удалось бы показать больше экспонатов.

Н: в эту выставку не удалось включить те работы графиков, которые есть в Харьковском художественном музее. Но для того, чтобы музей мог их предоставить, выставочная площадка должна соответствовать определенным требованиям.

Кто вас поддержал при организации этой выставки?

Н: в первую очередь, «Мистецький Арсенал». Без него ничего бы не получилось. Благодаря ему мы получили редкие каталоги, журналы и книги из Национальной библиотеки Украины им. В.И. Вернадского, которая нас тоже поддержала. Помогли наши педагоги и бывшие участники торгово-промышленной палаты Олег Векленко и Владимир Лесняк. Они делились воспоминаниями и консультировали. Очень помогла Марина Победина, дочь Владимира Победина. Она предоставила все оригиналы работ и часть каталогов из семейного архива.

Харьковская торгово-промышленная палата. 1970-е

У: поддержали и зарубежные коллеги, исследователи дизайна и кураторы проектов Рокас Суткайтис и Рене Вавжкевич. Они занимаются подобными проектами архивации советских и социалистических логотипов в Польше и в Литве. Рокас из Литвы хочет сделать издание про все бывшие Советские республики и сейчас собирает архив. А пока ведет Инстаграм архив Soviet logos. Он выступил c лекцией в субботу. А 4-го ноября состоятся лекции Владимира Лесняка и Рене Вавжкевича.

Фото с лекции Рокаса Суткайтиса 28 октября 2017 г.

Н: стоит упомянуть также Алексея Романенко, который сделал анимацию на основе знаков. Это важная часть проекта. Видео, как и цветная стена с деконструкцией во втором зале, это ревизия наследия. Наш взгляд на на него, как на нечто живое и пригодное для работы сейчас.

Анимация Алексея Романенко. 

Фото с выставки ЗНАК | Українські товарні знаки 1960-80.

Какой фидбек получили от проекта?

Н: окончательный итог пока не можем подвести, программа продолжается. Но уже видим живой интерес как со стороны дизайнеров, так и исследователей. Главный вопрос на выставке — где приобрести издание обо всем этом. И хочется, чтобы проект действительно закончился каким-то изданием, чтобы был зафиксирован результат, который не был зафиксирован ранее. Мы не могли обратиться к книгам и каталогам, полноценно освещающим этот период в истории украинского дизайна, потому что их нет. Хорошо было бы сделать каталог для сохранения того, что удалось собрать .

Фото с выставки ЗНАК | Українські товарні знаки 1960-80.

Хотелось бы взяться за это? Что для этого надо?

У: да, мы мечтаем о людях, которые могли писать об этом или могли бы поддерживать подобные издания финансово.

Ника Кудинова и Ульяна Быченкова на открытии выставки

Планируете исследовать другие регионы?

Н: да. Можно было бы исследовать работы Киевского и Одесского отделений торгово-промышленной палаты. Они были весьма заметными.

Фото: Максим Белоусов, Максим Горбатский, «Мистецький Арсенал», личный архив кураторов, экспонаты выставки.

avatar
Катя Павлевич
Редактор в Telegraf.design
Колонка

У нас есть еще кое-что для вас

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: